Судьбу каждого сдавшегося в плен на «Азовстали» решит суд

Это заявление Министерство обороны Рф ожидали все. В Киеве и в западных странах — с опаской и разочарованием. В Российской Федерации, Донецке и Луганске — с прохладным расчетом и жесткой уверенностью в неизбежности этого действия.

Судьбу каждого сдавшегося в плен на "Азовстали" решит суд

И вот, генерал-майор Игорь Конашенков объявил: "Территория металлургического комбината "Азовсталь" в Мариуполе, на которой с 21 апреля была заблокирована группировка украинских боевиков нацистского формирования "Азов" (запрещено в России. — Прим. ред.), всецело освобождена. Подземные сооружения компании, в которых скрывались боевики, перебежали под полный контроль российских Армии. Всего с 16 мая сложили орудие и сдались в плен 2439 нацистов "Азова" и военных ВСУ, заблокированных на территории завода. 20 мая сдалась в плен крайняя группа в числе 531 боевика. Так именуемый "глава" нацистов "Азова" из-за враждебности мариупольцев и желания экзекуции над ним городских жителей за бессчетные зверства был вывезен с территории комбината в специализированном бронированном авто. О окончании операции и полном освобождении комбината и города Мариуполь от украинских боевиков глава министерства обороны Россия генерал армии С.К.Шойгу доложил главе Российской Федерации Владимиру Путину".

Сказано по-военному коротко и исчерпывающе. Так называемого гарнизона "страдальцев Мариуполя" в городе больше нет. Они все во главе со своими главами — "волынами", "калинами", "редисами" и иными лидерами неонацистов — дружно вышли из подземных бункеров "Азовстали" и сдались в плен.

Как много бы ни говорили в Киеве и в западных странах о сказочной специальной операции по их вызволению, о какой-то "плановой эвакуировании" боевиков, сущность случившегося никакой словесной шелухой не замаскируешь. Подземный гарнизон Мариуполя — считай, целый развернутый полк представителей националистических движений Украины, вэсэушников, военнослужащих погранвойск, морпехов, зарубежных наемников — сейчас располагается в плену. Точка.

Последующую судьбу каждого, также дам-военных, будут решать органы охраны правопорядка. Степень виновности либо невиновности каждого обусловит суд либо суд. А до того времени всех ожидает одна судьба — плен со всеми вытекающими из данного результатами. Покалеченых боевиков будут вылечивать и допрашивать. Здоровых — содержать под арестом и допрашивать. Трехразовое питание, незапятнанная кровать, врачебная помощь, отсутствие пыток и насилия — гарантированы. Основное, что живые, пусть радуются.

Данная же возможность — сохранить жизни — пока есть и у 10-ов тысяч остальных, сидячих в окопах и на позициях, украинских военных и членов нацбатальонов. Предстоящее сопротивление союзным группировкам Рф, ДНР и ЛНР ничего неплохого им не обещает. Напор на защищающихся вырастает, а их огневое проигрыш только возрастает.

Вчера генерал Конашенков сообщил, что за день высокоточными ракетами воздушного размещения были поражены еще три пункта управления, 13 районов сосредоточения жив силы и украинской армейской техники, также 4 склада вооружений. Их наши ВКС накрыли в районах населенных пунктов Соледар и Соль на территории ДНР, также в Нырково (ЛНР).

Снова отлично поработала наша оперативно-тактическая и армейская авиация. Пилоты убили три пункта управления, 26 районов сосредоточения жив силы и армейской техники ВСУ, также склад с боевыми припасами, который находился в округах населенного пункта Красный Лиман.

"Всего в итоге ударов авиационной техники ликвидированы больше 210 националистов, выведены из строя 38 единиц украинской армейской техники", — сообщил генерал Конашенков.

Как обычно, хватало работы у расчетов зенитных ракетных комплексов. На протяжении суток наши средства противовоздушной обороны сбили в воздухе 11 украинских беспилотных аппаратов. Эти беспилотные аппараты были оперативно найдены, опознаны и поражены в районах населенных пунктов Курахово и Гусельское на территории Донецкой Народной Республики. А еще — над Попасной в ЛНР и около Чернобаевки в Херсонской области. Несколько украинских беспилотных аппаратов убили в районах населенных пунктов Русская Лозовая, Казачья Лопань, Низшее, Небольшая Камышеваха и Петровское — они все размещаются в Харьковской области.

"А также, в районах населенных пунктов Каменка и Букино Харьковской области перехвачены два украинских реактивных снаряда системы залпового огня "Торнадо", — сказал генерал Конашенков.

Покалеченых боевиков в плену будут вылечивать и допрашивать. Здоровых — содержать под арестом и тоже допрашивать. Основное, что живые, пусть радуются

Кроме того, он сообщил, как в прошлые день действовали наши ракетные силы и артиллерийские орудия. Своими ударами они накрыли 583 района сосредоточения жив силы и армейской техники противника, 41 пункт управления, 76 артиллерийских и минометных подразделений на огневых позициях, также три батареи РСЗО "Град".

Перечень пораженных задач также восполнила украинская станция радиоэлектронной борьбы "Буковель". Её устранили в районе населенного пункта Анновка в Николаевской области.

Всего с начала специальной операции, по данным Министерство обороны Рф, украинская армия растеряла 174 самолета, 125 вертолетов, 977 беспилотных аппаратов, 317 зенитных ракетных комплексов, 3198 танков и остальных боевых бронемашин, 408 установок реактивных систем залпового огня, 1622 орудия полевой артиллерии и миномета, также 3077 военных транспортных средств.

Журналисты «РГ» передают с освобожденной территории «Азовстали» Текст: Руслан Мельников (Мариуполь) , Владимир Аносов ((фото)) Покидая завод «Азовсталь», сдающиеся националисты подорвали свои подземные склады с боевыми припасами. Согласно мнению главы ДНР Дениса Пушилина, кто-то из украинских глав дал данный последний распоряжение. Однако вероятно, все происходило в спешке и неорганизованно. В итоге при взрывах погибли 6 человек, еще четыре были серьезно ранены.

— Взрывали орудие и комплект боеприпасов, не проконтролировали процесс, и как пошло все рваться… Через 30 минут выползают три тела и волочат 4-ого, который обгорел, ну и сами обсмаленные. Мы им: «Придурки, вы чего творите?» А они: «Да мы это, получили распоряжение подорвать… Мы на поверхности стояли, и то волной унесло», — так комментирует происшедшее глава воинского подразделения «Восток» Александр Ходаковский, который оказался очевидцем 1-го из эпизодов происходящего.

Простреленный телефон

Мы направляемся к «Азовстали». Со стороны завода еще слышатся редчайшие, но все таки осязаемые взрывы. Пока не ясно, или это до настоящего времени сами собой детонируют оставшиеся боевые припасы, или взрывотехники разминируют территорию компании.

— Ночью было шумно, — говорят представители ополчения, дежурящие в районе набережной. — Однако это был не бой. Что-то взрывалось, над заводом пускали осветительные ракеты.

На данный момент освещать завод нет нужды. Отсюда, с моря, днем отлично виден шлаконакопитель «Азовстали» и само предприятие, трубы которого глядят ввысь грозно, как будто поднятые к небу стволы гаубиц. Место, где шли беспощадные бои, откуда велся огонь по мирным городским районам, где украинские снайперы расстреливали перепуганных мариупольцев и где длительное время были заблокированы националисты, даже издалече владеет какой-то особенной темной аурой.

Едем по мариупольским приморским улицам. Чем поближе к «Азовстали», тем больше разрушений, не разобранных еще завалов, которые сгорели и смятых машин. Находиться тут было небезопасно до последних дней, потому эту часть города еще не привели в порядок.

Выезжаем к предприятию. Ухабистая, незнакомая, усеянная осколками дорога идет вдоль забора. На данный момент тут пустынно. Нет ни контрольно-пропускных пунктов, ни машин, ни людей. Нет даже собак, даже птицы не поют.

Если двигаться далее на автомобиле, можно пропороть колеса либо чего хорошего наехать на мину. Ну и неясно, куда в конечном итоге приведет данный путь. Лучше поначалу пройти подозрительный участок пешком. Выдвигаюсь «на разведку». Ветер гремит кусочками жести на дырявом простреленном заборе. Далее идет забор, уже сложенный из блоков, тоже со следами от пуль и осколков. Где-то взрывами выворочена часть кладки. Заглянув в просвет, видится наизловещий силуэт «Азовстали».

Сходу за закрытыми воротами видны ангары и спаленные постройки. Похоже, территория какого-то примыкающего к заводу компании. На воротах надпись, которая сообщает про то, что её владелец располагается в Мариуполе. Вообщем, за забором и воротами мародерам поживиться нечем: все уже уничтожено огнем и обстрелами. Далее забор завершается, заместо него возникает стенка с зияющими чернотой дырами и окнами. Признаюсь, жутковато идти под ней: непонятно, что прячется в данной мгле помещения. Появляется противное чувство, как будто кто-то смотрит за одиноким чужаком на пустынной магистрале. Однако, может быть, это всего только разыгравшееся воображение.

Вдоль дороги — спаленные и расстрелянные авто. От некоторых остались только заржавелые остовы, остальные смотрятся лучше. К таким, к примеру, относится автомобиль полиции с вывороченными дверьми и распахнутым капотом. На обочине разбросаны вещи, которые полностью могли принадлежать выходившим с «Азовстали» представителям вооруженных сил Украины. Все валяется вперемешку. Бронежилет, размотанный бинт, автоматный магазин, лимонка, одеяла, спальные мешки, личные вещи, гранатомет и выстрел к нему.

Место, где шли беспощадные бои, откуда велся огонь по гражданскому населению и где длительное время были заблокированы националисты, владеет какой-то особенной темной аурой

И еще одна любознательная находка: телефон с пулевыми отверстиями. Вероятно, таким образом кто-то спешно уничтожил имевшуюся на нем данные. Далее — невысохшая после дождика лужа, испещренная гильзами большого калибра, а заместо дороги — сплошные воронки. Двигаться тут — означает убивать подвеску машинки. Возвращаюсь к редакционной машине.

Заминированный мост

Пытаемся найти иной путь к заводу и скоро выбираемся на широкий открытый перекресток. При этом, тут на асфальте тоже много осколков, битого стекла и обломков.

Вправо — мост, в соответствии с которым проложены рельсы и за которым — ну вот же он, совершенно рядом — завод «Азовсталь». Однако нам предупреждающе машут руками спасатели МЧС ДНР:

— Осторожнее, мост заминирован! С машинкой туда нельзя.

А если без? Замечаю за сооруженной на мосту баррикадой из 2-ух большегрузов и противотанковых ежей движение. Там представители ополчения. Они же туда как-то прошли.

— Ну пройти-то можно, только осторожно, — неодобрительно вздыхает спасатель. — Однако учтите: мост еще не осматривали спецы. Под ним есть подозрительные провода. Ну и на самом мосту установлены мины. Вон, видите…

Мне демонстрируют незаметный цилиндрик с растопыренными плоскими ножками подставки. От цилиндра тянется и совсем уж неприметная тоненькая леска.

— Далее еще одна такая мина стоит. Не касайтесь этих растяжек. Если желаете, идите через мост вот по этим рельсам, там вроде больше-наименее неопасно. Либо подождите «пиратов», мы их уже вызвали.

Однако у пиротехников на данный момент большое количество работ в округах «Азовстали», и непонятно, когда они приедут. А представители ополчения около заграждения прошли ведь через заминированный мост. Тоже осторожно иду вперед, пристально смотрю под ноги.

Например, одна мина справа, 2-ая — вот она, далее, слева от моего маршрута. От нее прямо под ноги змеятся две желтенькие тоненькие, практически невидимые паутинки растяжек. Вообщем, тут растяжки не так чтобы соответствуют собственному наименованию. Натяжения уже нет, и ветер треплет тонкие лески по асфальту. Только бы не наступить в эту шевелящуюся погибель. Перешагиваю, поднимая повыше и ставя подальше ногу. Наверняка, со стороны это смотрится потешно, но мне, если честно, не до хохота. Ослабшая растяжка осталась сзади. Прохожу баррикаду.

Представители ополчения не желают попадать в кадр. Отшучиваются: «Ни к чему это, не фотогеничные мы, давай как-нибудь без этого обойдемся». Однако с большим желанием говорят про то, что происходило последние пару-тройку дней. Конкретно столько они дежурят на мосту.

— Вчера на заводе, вероятно, что-то взрывалось, кое-где там понизу, в катакомбах. Около вон той трубы поднимался густой дым. Наверняка, нацики что-то уничтожали, чтоб нам не досталось.

Представители ополчения удостоверяют, что найденные на магистрале, где стоит разбитая автомобиль полиции, вещи вправду принадлежали сдавшимся представителям вооруженных сил Украины — они оттуда тоже выходили. А еще бойцы высказывают свое не то чтоб недовольство, но недопонимание:

— Мы обнаружили у нацистов бронированная машина ООН. Они не постеснялись забрать его, намалевали свои эмблемы и употребляли по собственному усмотрению. А мы вот дали возможность обэсээшникам вывести свои бронированные внедорожники из Донецка. Те позже их бросили в Ростове на дону. А нам на фронте подобные машинки ох как понадобились бы, — говорят представители ополчения.

Я интересуюсь, были ли они на территории «Азовстали» и что там видели.

— Были. Все размолото. Есть много неубранных тел. Нацики собственных не всех убрали. Очень разит, — отвечают мне. — А в принципе взгляни с моста сам — оттуда тоже почти все узреешь.

Неразвернутые снасти

Иду далее по широкому длинноватому мосту. Стороной обхожу гигантскую воронку, которая взрыла боковой заезд. Далее идут сквозные дыры. Через них видна искореженная арматура и мутная, лениво текущая под мостом вода. Иду меж пробоинами. За край моста зацепился парашют. Не десантный, нет, на таковых спускаются парашютные бомбы. Легкий белый нейлон треплет морской бриз. Прохожу еще незначительно. Далее никак. Впереди провал.

Ближний к берегу просвет моста упал в воду, отрезав путь на «Азовсталь» и с «Азовстали». Неподалеку от провала лежит тело. Судя по виду и запаху, лежит уже издавна. Одежка гражданская: свитер, джинсы. Рядом на торчащей железяке висит рюкзачок, под ним нехитрые, так и не развернутые рыбацкие снасти. Ветер шевелит сеть.

Кто данный человек? Почему он тут? Про это можно только гадать. Может быть, житель ближайших районов, куда еще не так давно нельзя было даже завести гуманитарку. Может быть, мужчину привел сюда голод и надежда раздобыть рыбу для себя и близким. И может быть, отчаявшийся рыбак попался на глаза снайперу с «Азовстали». Вообщем, расстояние от завода тут маленькое. С данной дистанции поразить цель нетрудно и без снайперского прицела. И наверное стрелок видел, что на мосту располагается не военный. Все же он надавил на спусковой крючок, и сейчас безымянный рыбак, не успевший даже развернуть свои снасти, бездвижно лежит над водой.

Может быть, рыбак попался на глаза снайперу с «Азовстали». И наверное стрелок видел, что на мосту располагается не военный. Все же он надавил на спусковой крючок

Справа к «Азовстали» ведет очередной мост. Он тоже разрушен. На уцелевших просветах застряли джип и спаленный «КАМАЗ». По ту сторону — уже на территории завода — тоже несколько разбитых машин. А под мостом лежит перевернутый БТР. Из воды торчат колеса. Может быть, снутри — шофер и команда машинки. Как говорят представители ополчения, это остатки колонны, пытавшаяся из города прорваться на помощь к националистам. Её убили вместе с мостом. Вдалеке, с иной стороны, виден очередной мост, да и он обвалился.

Как смотрится на данный момент сам завод «Азовсталь» с близи? Да так и смотрится — как завод, который попал под бомбардировку. Груды бетона, кирпича и сплава, смятые машинки, разбитые корпуса и цеха, над которыми поднимаются трубы. И никаких признаков жизни. Как в большом промышленном замке Дракулы. Только все еще время от времени ухают взрывы. Либо рвутся оставленные под землей боевые припасы, либо работают невидимые взрывотехники.

«Азовсталь» не отпускает нас так просто. Завод с противной аурой оставил о для себя полностью осязаемое физическое напоминание: редакционный машина пробил-таки колесо около последнего цитадели националистов в Мариуполе.


Информация представлена по сведениям открытых информационных источников сети Интернет