«Жадность одолевает совесть». Генерал-майор — про то, по какой причине военные самолеты так нередко падают на жилые дома

17 16997 пояснений

«Жадность одолевает совесть». Генерал-майор — про то, по какой причине военные самолеты так нередко падают на жилые дома

23 октября, в Иркутске свалился военный самолет Су-30. Понятно о смерти 2-ух человек. Коренное население до настоящего времени находятся в шоке от увиденного. А вечером 17 октября во время учебно-тренировочного полета самолет ВС Россия разбился в Ейске. Су-34 врезался в девятиэтажный дом. Сейчас понятно о 43 пострадавших, 9 из них — дети, пятнадцать человек погибли.

Журналисты MSK1.RU попросили рассказать, что могло привести к этим трагедиям, спеца по авиабезопасности и генерал-майора в отставке Владимира Попова.

Генерал-майор в отставке Владимир Попов закончил Барнаульское высшее авиационное училище еще в 1974 году. На его счету сотни часов налета, тысячи взлетов и посадок. Когда-то он руководил бомбардировочным авиационным полком, летал на Су-24М. До этого он занимал место руководителя Общегосударственного управления авиационно-космического поиска и спасания, является заслуженным военным пилотом Россия. Имеет опыт ведения вооруженного конфликта и реализации служебно-боевых задач в «жарких точках».

Катастрофы в Ейске и Иркутске произошли на одной неделе. Эти инцидента могут быть соединены меж собой?

— Если Су-34 свалился в Ейске в процессе управления строевого пилота, лейтенантов. Другими словами там ребята были юные и по опыту довольно ограниченные. То в Иркутске пилоты-испытатели были уже бывалые и приготовленные. В Ейске — отказ техники, виновники — птицы, из-за которых движок встал. В Иркутске, я считаю, также отказала техника. Просто так этого не бывает. Самолет неплохой, успешно изготовленный. На площадке Су-27, его развитие — Су-30СМ, Су-34, Су-35. Самолеты, которые успешно себя проявили, показали.

«Жадность одолевает совесть». Генерал-майор — про то, по какой причине военные самолеты так нередко падают на жилые дома

Действия этой недели демонстрируют, что не подобные уж эти самолеты и надежные.

— Когда самолет выходит с сборочного потока и создание завершается, его непременно должны поднять в воздух пилоты-испытатели. Там целая программа производится — больше 10-ка полетов. Берут наивысшую скорость. Положено ему лететь 2100 км/ч, означает до 2100 км/ч и будут непременно разгонять, глядеть, какое поведение. Положено ему на высоту 18 км подниматься, следовательно, подымут — выведут в стратосферу, там поработают. Непременно пикируют, понижаются поначалу 10 м/c, позже — 50 м/с, 150 м/с, 200 м/с, позже выводят так же. Все эти перегрузки 3 g, 4 g, 5 g тягают. Позже виражи, развороты. Самолеты же кое-где клепаные, кое-где клееные, кое-где герметизированные механизмы заложены. Это всё должно встать на свои места — нервюры, обводки, сама обшивка. После этого полета самолет осматривают спецы — инженеры, технологи. Раздельно осматривают узлы, которые могут себя как-то негативно проявить. Если ничего нет, означает — последующий полет. Так поэтапно определяют пригодность самолета для полетов. После чего отдают военным пилотам облетать.

И только позже строевого пилота присылают, перегоняющ?? самолет на базисный аэропорт, где он будет эксплуатироваться долгое время.

Как тогда произошли катастрофы в Ейске и Иркутске?

— Теория вероятности сообщает про то, что сто процентов гарантии никто, ни на какую технику дать не может. Произошедшее на текущей неделе — это не что другое, как обычное совпадение событий. Событийный момент.

«Жадность одолевает совесть». Генерал-майор — про то, по какой причине военные самолеты так нередко падают на жилые дома

Вы ведь лично занимаетесь разбором этих инцидентов, правильно?

— Да, и мне чрезвычайно тяжело говорить на данный момент по двум причинам. Во-1-х, я занимаюсь расследованием этих моментов. А, во вторых, в Иркутске умер мой далекий родственник, которого я туда посылал служить. Он вправду длительно туда пробивался. Ведь туда, как говорят у нас, у пилотов, в люксовую когорту, вправду не попросту попасть, в состав пилотов-испытателей. И вот так сложилось, это, естественно, трудно.

По опосредованным данным, которые я на данный момент имею, будто бы что-то произошло в системе обеспечения жизнедеятельности. Кабина герметичная, имеет наддув, лишнее давление и кислород трудится в маске. Садимся в кабину, закрываем, и сразу — маска на лице подтянута. Это не гражданские самолеты, страховка такая. И изюминка, до 4000 метров дышим воздухом из-за борта с маленьким добавлением кислорода. Редуцируется давление. С 4000 метров до 7000 метров давление в маске возрастает и парциальное давление возрастает. Маска конкретно с той целью, чтоб человеку дышать легче было, так как и недостаток кислорода быть может, и давление падает чрезвычайно очень. В кабине, естественно, чуток выше, чем за бортом. А уже выше 9000 метров перекрывается доступ воздуха из атмосферы и подается кислородная смесь. Так создаются обычные условия для работы организма. Если что-то кое-где нарушается — чрезвычайно изредка бывает.

И в которой момент что-то пошло не так?

— Я считаю, что был отказ какой-то системы. Мы это узнаем в скором времени по записям. Подразумевается, что пилоты могли утратить сознание. Однако сразу оба не могли. Такая физиология, кто-то посильнее, кто-то слабее. Этот разброс дает право разговаривать о том, что могли что-то сделать в символ противодействия этой не предусмотренной ситуации. В Иркутске произошло так, что ни один, ни 2-ой не прореагировали, однако приготовленные. Все-же пилот-испытатель — не рядовой, специально обученный, приготовленный человек, знающ?? воздействие этих небезопасных причин полета, как с этим биться, тоже знает. Нужно подождать. Найти, что стало главным, что сопровождающим помехой, которые создали эту страшную положение дел, ставш?? аварийной, а потом трагической.

Я склонен рассказывать, что кое-где был случайный, при всем этом из ряда вон выходящий отказ системы обеспечения жизнедеятельности в кабине. Отказ кислорода, быть может, либо резкая разгерметизация произошла. На огромных высотах падение давления — это чрезвычайно опасное явление. Отлично, если найдем записывающую аппаратуру кабинного контроля, переговоры, что-то уточним. Тогда можно будет больше реально говорить об этом. Пока только вероятностно. Пока итог, естественно, чрезвычайно нехороший.

«Жадность одолевает совесть». Генерал-майор — про то, по какой причине военные самолеты так нередко падают на жилые дома

Нужно подчеркнуть, что в 2-ух последних историях самолеты свалились не кое-где в лесу либо в поле, а на жилые дома.

— Так как аэродромы находятся чрезвычайно близко к жилым постройкам. Однако не аэродромы приближаются к городам, а, напротив, города к аэродромам. Аэропорт сам по для себя чрезвычайно страшный объект в использования. Обычно, когда начинают его создавать, делают неплохую магистраль, позже жд пути, подводятся электропередачи, водоснабжение, сточная канава. И эта комплекс инфраструктурных объектов завлекает градостроителей. Так как всё дешевле — земля пустующая, как они говорят, а всё есть.

Были подобные документы как СНИПы, где было строго регулировано, что, где и как строить. И ни при каких обстоятельствах на взлете и высадке нельзя было строить не только жилые строения, да и технические помещения либо высотные сооружения, ЛЭП, даже дороги. И за этим наблюдали, но в девяностые годы и в двухтысячных закончили. Однако демократизация дошла до того, что администрации уменьшили разные нормы. И главы регионов попустительствовали, и местные местные власти. Кое-где за взятку, чего греха таить, а кое-где сами выдумали подобное сделать и не соображали сущности: «Почему обязана пустовать такая земля? Ведь там всё есть. И нет вроде как остальных мест. Здесь дешевле строить. Подсоединиться к главным коммуникациям через перемычку — и дома уже проживают».

Суть в том, что в Ейске аэропорт был построен в 30-е годы — в 1931 году. Был он далековато за границами города, и даже если б самолет возжелал свалиться — то ничего такого бы не случилось. И здесь вдруг мы сталкиваемся с данной ситуацией… А кто это разрешил? Военные не разрешают, а их даже и не внимают, тем паче сейчас. Это всё жадность наша, жадность наших бизнесменов, этих предпринимателей, которые хоть какой ценой… Вот весь Запад так жил ранее, и мы на данный момент «киваем» на данный Запад. Еще в самом начале, когда эта положение дел только произошла, я сообщил, дескать, давайте переложим ответственность на администрацию. А я ведь могу для вас назвать приблизительно 50 авиапортов, которые на данный момент трудятся в таковых же критериях — этот же Внуково, к примеру, либо 3-я полоса в Шереметьево.

5 годов назад меня приглашали жители, говорили: «Товарищ генерал, вы ведь разбираетесь в данном, растолкуйте — как так получилось, что высотные дома стоят прям по курсу взлета?» А вы лучше задайте вопрос: кто разрешил их так планировать?

Как думаете, может, эти грустные действия как-то воздействую на них, на этих жадных людей?

— Честно говоря, то я уже не много верю в это. Я столько боролся. Однако руки я не опускаю, я рассчитываю. Во имя того, чтоб родина моя не была изгоем в западных странах. Как обычно сообщают, что мы медведи российские — нет, в главном народ у нас обычный, если б не эти аспекты. Жадность одолевает совесть и справедливость — так, наверняка, и устроен данный мир, к несчастью. Как меня бабушка воспитывала и говорила: «Володя, плетью обуха не перешибешь». Я её тогда не осознавал, а на данный момент как я это всё понимаю.

Достучаться нельзя до тех, кто воспринимает решения, ну либо они создают видимость, что не соображают, либо им вправду дела нет до нас всех, кто его знает? Однако я тоже в этом государстве не последний человек, но видите как, даже я время от времени отчаиваюсь. И меня можно осознать, у меня в данной катастрофе умер один из родных далеких, которому я посодействовал туда попасть, ведь он так обожал летать и обожал небо. Как я на данный момент себя корю за это. Однако товарищи сообщают, что пилоты не гибнут, они просто улетают… Я-то хоть полетал, я-то хоть пожил, а это пацаны совершенно.

«Жадность одолевает совесть». Генерал-майор — про то, по какой причине военные самолеты так нередко падают на жилые дома

На видео был момент, что они ушли в штопор, это быть может как-то соединено с тем, что они утратили сознание?

— Более не в штопор, а в пикирование. Это быть может из-за отказа техники, отказа системы управления. Они, возможно, пробовали чего-нибудть сделать — пилот уповает до последнего. Наверняка, желали отвести куда-нибудь в сторону, мы ценой даже жизни готовы это сделать. Нас так учат, и я так учил собственных парней. Однако бывают форс-мажоры подобные, когда от пилота уже ничего не зависит. Это раз.

2-ое — я считаю, что могла быть утрата сознания. Тот отказ, про который я уже говорил. Пилоты все здоровые как на физическом уровне, так и психологически, обучены тоже отлично, но вот, видите, бывает и подобное. Физиология на нас сказывается определенным образом, ведь мы люди и сделаны, чтоб жить на земле, а мы к тому же летаем… Если нет критерий для возмещения, к примеру, военные летают на самолетах фактически постоянно в ППК и ВКК — это противоперегрузочный костюмчик и высотно-возмещающий костюмчик пилота. Всё это с той целью, чтоб, если что-то произошло, можно было бы как-то сохранить нашу физиологию, работоспособность чуток подольше. И это дает право нам чуток больше прожить и поправить положение самолета, купировать. Однако здесь у них, видите, даже этого не было. Не так чтобы то, что мы обычно знаем, что-то необыкновенное.

«Жадность одолевает совесть». Генерал-майор — про то, по какой причине военные самолеты так нередко падают на жилые дома

Примите наши сострадания по причине потери родственника, Виктора Викторовича Крюкова.

— Я практически сходу начал звонить, еще утром, и телефон его не отвечал… Мне удостоверили, практически полтора-два часа назад, что же да — Вити нет больше. Как его папе говорить об этом? Не в наилучших критериях прожил свою жизнь, но любовь к авиационной техники, любовь к полетам, любовь к небу у него была чрезвычайно большая. Ну мы так воспитываем наших детишек, к несчастью. Не знаешь, кто прав, кто повинет — это судьба, больше ничего не могу сообщить.

Подчеркнём, что падение истребителя Су-30 в Иркутске — 2-ая катастрофа с участием армейской техники. 17 октября Су-34 свалился на жилой дом в Ейске, в итоге чего погибло и ранено несколько 10-ов человек. Тем днём мы тоже разговаривали с свидетелями, рассказывавш?? о взрывах и хлопках. Всю детализированную данные о ЧП мы собираем в online-трансляции.

По теме


Информация представлена по сведениям открытых информационных источников сети Интернет